Фотосессия в Белгороде

Андрей Крайнов – профессиональный свадебный фотограф в Белгороде:

http://crazyartist.net/2014/09/07/svadebnyi-fotograf-belgorod/

Три года назад нашего отца повысили в должности, и мы всей семьёй переехали в Белгород. Для отца, естественно, это было повышением – далеко не каждый за такой период времени мог сделать головокружительную карьеру и быть назначенным управляющим крупного банка. Для нас же с сестрой это скорее было понижением – из Москвы в Белгород – звучит как-то не очень.

Я как раз оканчивала школу и собиралась поступать в университет, хотя, честно говоря, академическая учёба – это не моё. Несколько лет я занималась в модельной студии и мечтала о карьере модели, а тут вдруг всё так резко… Марина (нынешняя жена нашего отца) тоже была не особо рада переезду, но тут уж ничего не поделаешь. Только моей младшей сестре Диане было всё равно. Белгород – так Белгород.

Я поступила, куда было проще, в Белгородский университет кооперации на факультет сервиса и туризма. Учёба не очень напряжённая, времени свободного хватало. За первые несколько дней я подружилась со своими двумя одногруппницами. Ксюха и Валерия, как и я, занимались в модельной студии – это, наверное, то, что нас сразу объединило.

У Ксюхи бабушка с дедушкой живут в Грайвороне, у них свой дом, огромный двор, где расположено несколько гостевых домиков – к ним регулярно приезжают отдыхать разные люди – как мне рассказала Ксюха, это называется «сельским туризмом». Иногда и Ксюха выбирается туда со своим парнем пару раз в месяц, в основном, пофотографироваться.

За несколько месяцев пребывания в Белгороде мне стало очень скучно, поэтому я с радостью приняла приглашение Ксюхи, когда та предложила мне на выходных поехать в Грайворон.

Скажу честно, у меня накопилось множество фотографий, сделанных в студии, но на природе я практически не фотографировалась, если не считать фотографии из Испании, Италии и Греции.

Год назад отец и Марина подарили мне классную зеркалку, которой я практически не пользовалась, вот и настало время найти ей применение. Ксюха сказала, что её Олег классно фоткает – я видела несколько фотографий, вроде ничего так.

Когда мы отправились в Грайворон, нам очень повезло с погодой. Был конец октября, за время нашего пребывания небо ни разу не затянуло облаками.

В Грайворон мы поехали на машине Олега: Ксюха, Олег, Валерия и я. Из еды, Ксюха сказала, брать ничего не надо, у её дедушки с бабушкой всё свежее, деревенское. Приехали мы вечером в пятницу, чтобы в субботу с утра пораньше устроить фотосессию на природе.

По своей натуре я жаворонок, рано ложусь спать, рано встаю. Я проснулась в семь утра и первое, что увидела, посмотрев в окно, это был мужик, на вид лет под сорок, пухлой комплекции, который, простите меня за подробности, ссал с порога своего гостевого домика. Затем он достал из сумки фотоаппарат и стал ходить по территории, фотографируя то стог сена, то деревянный забор, то деревья – при этом он, то становился на одно колено, то на два, а то вообще ложился на землю. Через минут пятнадцать из этого же гостевого домика вышел молодой человек. Поздоровался за руку с «писающим фотографом», вытащил из сумки фотоаппарат  и тоже стал фотографировать то забор, то деревья, при этом принимая более изощрённые позы. Я продолжала за ними наблюдать.

Минут через десять из того же домика вышли три девушки с какими-то плоскими «коробками». «Писающий фотограф» и тот второй товарищ подошли к ним, взяли эти «коробки» и всей компанией пошли по направлению к реке.

Мне стало очень любопытно, я быстро оделась и пошла за ними, но так, чтоб меня не было заметно. Минут через двадцать они подошли к реке и стали что-то искать. Как оказалось девушки были художниками, приехавшими на пленэр.

«Писающий фотограф» оставил компанию и пошёл гулять вдоль берега, периодически что-то фотографируя. Второй молодой человек тоже покинул художниц и пошёл в другую сторону. Я подошла ближе к девушкам, чтобы познакомиться.

Часа через полтора вернулся «писающий фотограф». Звали его Евгений.

Евгений не стеснялся использовать в своей речи нецензурную брань, но как мне объяснили художницы, все уже к этому давно привыкли, привыкнешь и ты. Евгений спросил меня, что я тут делаю. Я рассказала про Ксюхиного деда, который занимается сельским туризмом, про нашу компанию и про фотосессию на природе.

– Хочешь классную фотосессию? – спросил Евгений. Я должна отметить, что вместо слово «классную» он использовал совершенно другой термин.

Евгений рассказал, что здесь неподалёку есть молочная ферма, где он был когда-то с американцами, и что туда можно поехать или пойти хоть сейчас и пофотографироваться в роли доярок.

Только ты и я. Твоя компания мне на*** не нужна. У тебя две минуты на размышление.

Не знаю, как я на это решилась, но я тут же позвонила Ксюхе. Та как раз уже вовсю фотографировалась, поэтому, куда я пойду, и с кем, её особо не интересовало.

До фермы было идти минут сорок. Евгений по пути рассказывал, как он несколько лет работал в области сельского хозяйства переводчиком, как с американцами занимался искусственным осеменением коров, что фотография – его хобби, что он периодически выбирается с друзьями на пленэры. При этом все эти рассказы сопровождались отборным матом, на который, я уже не обращала внимания – всё это как-то гармонировало с повествованием Евгения.

Когда мы пришли на ферму, Евгений спросил, работает ли до сих пор его знакомый – главный зоотехник Пётр. Пётр был дома, выходной как-никак. Евгению дали его номер.

Через полчаса Пётр был уже на ферме. Обнимашки-целовашки, воспоминания про каких-то американцев. Пётр повёл нас в столовую. Нам накрыли стол, Евгений тут же внёс предложение, что встречу нужно обмыть. На столе появилась бутылка самогона. Евгений настоял, чтобы я тоже выпила.

Восемнадцать есть? Значит можно. К корове не так страшно будет подходить.

После первой рюмки я сразу окосела, Евгений начал надо мной ржать.

Пока Пётр договаривался с доярками, искал подходящую корову и мне «наряды», Евгений рассказывал о красно-пёстрых голштинах, как после искусственного осеменения он некоторым коровам, и ещё раз простите меня за подробности, массировал клитор. При этом он подчёркивал, что коровам это очень нравилось, и предлагал мне сделать то же самое.

Я выпила ещё две рюмки и запьянела в конец. Пришёл Пётр, принёс «наряды», чтобы фотосессия выглядела правдоподобной. Меня фотографировали и в дольном зале, и в сарае, и специально выводили трёх самых покладистых коров на луг. Доярки надо мной вначале прикалывались, потом тоже присоединились к фотосессии.

Фотографирование продолжалась до тех пор, пока у Евгения не сел третий аккумулятор на фотоаппарате. Как и положено, мы отметили фотосессию в столовой. Евгений выпил весь самогон. Он еле стоял на ногах, закуски было немного.

Когда мы вернулись к реке, художницы всё ещё рисовали. Они уже успели познакомиться с моей компанией, тот другой фотограф, я сразу заметила, клеился к Валерии.

Нашу фотосессию с коровами никто из моей компании по достоинству не оценил, сказали, что мы чокнутые. Завидуют.

В воскресенье днём нужно было ехать обратно в Белгород. Евгений оставил свой номер телефона, мой не взял.

Захочешь, позвонишь.

Меня это, конечно, очень сильно смутило. Но через неделю я позвонила сама.

Вот уже третий год я езжу с Евгением то на пленэры, то просто на природу. То вдвоём, то с его друзьями. Я уже сфотографировалась и со свиньями, и с баранами, и козами, и лошадьми. Каталась с горки зимой в тазах и корытах, копала картошку вместе с Ксюхой и Валерией – эдакая трудовая фотосессия.

Отец мой Евгения терпеть не может, всякий раз, когда он приходит к ним в гости, психует, но улыбается. На кой, говорит, тебе этот раздолбай. Семнадцать лет разницы, дважды разведённый, нечем серьёзным заниматься не хочет.

Марине он нравится, тут уж психую я, когда они общаются. У Евгения есть одна отличительная черта, он любит целенаправленно выводить людей из себя. Придёт в гости и за столом начнёт рассказывать при отце, Марине и моей сестре, как было б круто совокупиться с коровой или козой. А дальше наблюдает за их реакцией. Марина ржёт, Диана тоже. Отцу вроде и хочется расслабиться и рассмеяться, но статус не позволяет. Ещё он предлагает им «показать Вия», но тут уж я его обрываю, чтоб даже не вздумал рассказывать, что это такое. Я уже насмотрелась. Так он даже не стесняется это делать при моих подругах.

За два с половиной года мы с Евгением объездили пол России. Спасибо, конечно, папе. Завтра мы с Евгением летим в Москву к моим родственникам. Отец и Марина слёзно просят его, чтобы он молчал про коров, коз и не предлагал моей бабушке посмотреть фотосессию, где фотографировал меня в роли Красной Шапочки.

К Евгению я очень сильно привыкла, привязалась, даже можно сказать влюбилась. За то время, что я с ним, Ксюха уже успела поменять после Олега двух парней. Валерии хватило ровно три месяца, чтобы её любовь к тому «другому фотографу» успела испариться. А я, которая три года назад, чуть ли не билась в истерике, зачем мы едем в эту дыру, все выходные, праздники и каникулы провожу на природе. По Москве не скучаю, разве что по бабушке, дедушке и тёте.

Автор: Виктория Казначеева.

Advertisements
Categories: Crazy Artist, Профессиональные свадебные фотографы Белгорода, Профессиональный свадебный фотограф Белгород, Свадебная фотосессия Белгород, Свадебные салоны Белгорода, Свадебные фотографы Белгорода, Свадебный фотограф Белгород, Свадьба в Белгороде, Фотосессия Белгород

Post navigation

Comments are closed.

Blog at WordPress.com.